апдейт: 14-11-2015

Судебное толкование договора и возможность его корректировки (апелляция)

В деле Chartbrook Ltd v Persimmon Homes Ltd [2009] UKHL 38, английский суд рассматривал такие вопросы договорного права как допустимость использования материалов преддоговорных переговоров при толковании содержания текста договора, а также пределы свободы усмотрения судьи при определении коммерчески разумного смысла договора в целях восполнительного толкования. На этапе апелляционной инстанции дело рассматривалось Высшим судом правосудия the Supreme Court of Judicature. Текст решения от 12.03.2008 составил Лорд Коллинс (Lord Justice Lawrence Collins).

 

Обстоятельства дела

16 октября 2001 года Chartbrook Ltd (истец) и Persimmon Homes Ltd (ответчик), а также другие стороны заключили договор о застройке принадлежащего истцу земельного участка. В соответствии с договором ответчик должен был получить разрешение на планировку территории, осуществить застройку и продажу возведенных объектов.

Спор возник в отношении порядка определения причитающейся истцу части дохода, в частности в связи с различным пониманием включенного в договор определения для понятия дополнительных платежей по жилым объектам (Additional Residential Payment). Стороны предлагали различные толкования для определения, влекшие проведение различных расчетов со значительно различающимися результатами. При этом каждая сторона придерживалась того толкования, расчет по которому был для нее более выгодным.

Судебное разбирательство

В первой инстанции дело слушалось в Высоком суде, the High Court of Justice, который принял решение в пользу истца и отклонил встречное требование ответчика скорректировать текст договора. Данное решение обжаловано в Высший суд правосудия ответчиком.

Лорд Коллинс поддержал мнение суда первой инстанции о необычности и сложности данного дела и указал, что в нем следует рассматривать два вопроса, связанных с толкованием договора, заключенного в письменной форме:
А. Допустимость использования преддоговорных материалов при толковании договора;
В. Допустимость средства правовой защиты по праву справедливости в форме корректировки текста договора судом, если присутствует ошибка одной или всех сторон.

 

А. Толкование договора

1. На основе того, что преддоговорные материалы в качестве доказательства недопустимы

Высокий суд счел, что объективное значение спорного термина ближе к трактовке истца, а вариант ответчика не позволяет выработать толкование, не ведущее к коммерческому абсурду. Ответчик предлагал опираться на объединенное толкование нескольких фраз, содержащих некоторые термины, для которых договор предусматривал определения. Однако Высокий суд указал, что такой подход мог бы иметь смысл, если бы хотя бы некоторые из этих фраз или терминов использовались в своем повседневном значении, а не в качестве особого термина со своим определением в договоре. Ведь целью назначения для термина конкретного определения в договоре как раз и является отход от того его значения, которое мог бы использовать читающий договор человек.

Ответчик при обжаловании решения направил атаку на отказ судьи принять во внимание переписку и проведенный им анализ текста договора. Также он указывал, что принятое истцом толкование понятия о платежах позволяло ему рассчитывать на сумму, которая на 4 млн фунтов стерлингов превышала все предложения ответчика, и что вовсе не к такой сумме стремились стороны.

В своем отзыве на апелляцию истец указал, что принятое им толкование является естественным и очевидным, тогда как принятие предложения ответчика потребует включить в условия договора дополнительные слова. Изменение содержания договорных условий будет означать изменение значения термина.

Заключение апелляции

Под толкованием понимается установление того смысла, который из документа будет извлечен разумным лицом. При этом такое лицо должно обладать всеми относящимися к сделке сведениями, которые с приложением разумных усилий должны быть доступны сторонам по состоянию на момент заключения договора. Учитывая (а) требование доступности относящихся к сделке сведений для сторон, и (б) исключение предшествующих переговоров сторон и их заявлений о субъективных намерениях, толкование включает в себя все, что будет сочтено разумным человеком относящимся к сделке и что может повлиять на понимание текста документа разумным человеком (цитата из текста Лорда Хоффманна в решении по делу Investors Compensation Scheme Ltd v West Bromwich Building Society).

Если анализ коммерческого договора приводит к утрате коммерческого здравого смысла, он должен уступить место этому здравому смыслу (Antaios Cia Naviera v Salen Rederierna AB). Однако это не означает, что текст можно менять для приведения в соответствии с коммерческим здравым смыслом.

Посчитав решение первой инстанции неверным, Лорд Коллинз привел три фактора:
1. Судья пришел к неверному заключению, что наличие оспариваемых слов в разделе с определениями понятий имеет решающее значение. Общий процесс толкования неизменен. Договор - это не нормативный акт. Факт наличия слов в разделе об определениях является лишь одним из нескольких факторов в процессе толкования.
2. Исходя из первого заключения, он согласился с толкованием, предложенным ответчиком для понятия гарантированного платежа: он представляет собой минимум, который бы получил истец.
3. Очень трудно (практически невозможно) разглядеть коммерческий смысл в толковании истца, так как оно означает существенные дополнительные выплаты со стороны ответчика даже в случае катастрофического сокращения рынка.

В связи с этим лорд Коллинз уверенно принял сторону ответчика и указал, что в данном деле синтактический анализ не может преобладать над коммерческим здравым смыслом.

2. В каких случаях преддоговорный материал допустим

Суд первой инстанции не высказал свою позицию о последствиях возможного использования материала преддоговорных переговоров. Судья лишь сослался на известных авторитетов и заключил, что возникновение негативных последствий для третьих лиц является достаточной причиной для отказа в использовании предшествовавших договору переговоров в качестве доказательства. Ведь если бы практика обращения к этим переговорам для целей толкования была распространена, то третьи лица, которые читают договор, применяют его в своей деятельности или приобретают права или обязанности по договору, смогли бы делать уверенные предположения о его содержании, только проследив эти переговоры и получив всю доступную сторонам информацию.

Лорд Коллинз указал, что принцип "личного словаря" ("private dictionary"; введен в деле Karen Oltmann [1976]) не распространяется на дела, в которых для слов, выражений, разделов или терминов в договоре предусмотрены прямо сформулированные определения. Если стороны предусматривают в договоре прямо сформулированное определение для понятия, то существует разумное основание полагать, что они договорились о преобладании этого определения над другими, проработанными в ходе переговоров и не включенными в договор. Присутствие определения в тексте договора является сигналом для третьих лиц, пытающихся осуществить толкование договора, что значение слова, выражения или понятия следует искать скорее в договоре, чем за его пределами.

В деле Prenn v Simmonds [1971] лорд Уилберфорс (Lord Wilberforce) сказал, что такое доказательство бесполезно. Позиции сторон по своей природе несовместимы во время переговоров и до подписания договора, пусть даже они сближаются по мере обмена письмами. Достигнутое согласие закрепляется только в итоговом документе. Если в более ранних документах используются другие выражения, каким образом их толкование (что само по себе сомнительный процесс) поможет в толковании текста договора? Если используются те же выражения, то взгляд в прошлое ничего не дает. Перед подписанием договора у сторон нет согласия, к которому можно было бы апеллировать. Можно сказать, что преддоговорные документы пригодятся для выяснения целей сторон. Однако очень опасно принимать доказательства для целей одной стороны, даже если они известны другой стороне.

В деле Britoil plc v Hunt Overseas [1994] лорд-судья Хобхаус (Hobhouse LJ) сказал, что процесс переговоров и продвижения к полному и официальному договору может содержать много неоднозначных факторов. Целью итогового документа является устранение этих неопределенностей и четкое определение прав и обязанностей сторон.

Причины существования правила о недопустимости толкования с помощью преддоговорных материалов, безусловно, очевидны. Лорд Коллинз также упомянул, что в американском праве, которое действует на уровне штатов, суды большинства штатов придерживаются правила прямого значения ("plain meaning rule"): если смысл текста, с учетом контекста, понятен, то при толковании договора предшествовавшие ему переговоры не используются. Международные акты в сфере договоров, основанных на частном праве (например, УНИДРУА и Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров), также не используют правило о недопустимости. На это сослался Томас Джей (Тhomas J) в важном решении новозеландского апелляционного суда по делу Yoshimoto v Canterbury Golf International Ltd [2001], указав, что генеральное правило должно применяться, но ему необходима большая гибкость, чтобы осторожное обращение к преддоговорному материалу позволило суду раскрыть то значение договора, которое соответствует подтвержденным намерениям сторон.

Лорд Николс (Lord Nicholls) в одном из своих выступлений указал, что преддоговорные материалы могут пролить свет на смысл, который стороны намеревались вложить в использованные ими слова. Например, стороны могут в своей переписке разъяснить текст, впоследствии включенный в договор. Если переговоры могут каким-то образом помочь, разумное лицо должно иметь возможность учесть такое доказательство, принимая решение о результате толкования договора. Это позволит ему получить больше информации об обстоятельствах его заключения.

Позднее он сформулировал причины, в связи с которыми преддоговорные материалы недопустимы в качестве доказательств:
- возрастание неопределенности и непредсказуемости при разрешении споров;
- негативные последствия для прав третьих лиц;
- бесполезность (мнение лорда Уилберфорса);
- разрушение сложившегося подхода.

Лорд Николс признал, что указанные причины являются важными практическими соображениями. Однако нельзя считать, что они снимают вопрос. Лорд Коллинз также добавил еще одно соображение: при отсутствии такого правила опытные переговорщики могли бы столкнуться с искушением оставить бумажный след из документов, отвечающих только их целям.

В данном деле суд первой инстанции особенно впечатлился вторым аргументом лорда Николса (последствия для третьих лиц). Однако, как и указывал Лорд Николс, аналогичное возражение применимо к допустимости дополнительного относящегося к теме материала, который точно так же может быть недоступен для третьих лиц. Также важно, что факт наличия последствий для правополучателей не запрещает использовать материалы преддоговорных переговоров для целей толкования в рамках практики, сложившейся в США.

Рассмотрев близкую по тематике судебную практику (Jones v Bright Capital Ltd [2006] EWHC 3151 (Ch) - преддоговорная переписка сторон была принята судом в числе доказательств по делу) и указав на ее неревантность в данном случае, лорд Коллинс пришел к следующему заключению:
- суд должен начать рассмотрение вопроса с правила о непринятии недопустимых доказательств;
- строгое применение этого правила не следует оправдывать необходимостью соблюдать принципы, поэтому он не поддерживает решение Высокого суда считать последствия для третьих лиц убедительной принципиальной причиной применить правило;
- суд вправе применять в данном деле установленные в деле Karen Oltmann исключения (использование сторонами личного словаря и согласование сторонами базовых условий);
- неправильно отказываться от применения указанных исключений, основываясь только на включение спорных понятий в раздел определений для терминов.

Истец указал, что Высокий суд по вопросу корректировки договора подчеркнул отсутствие общих намерений и что было бы неправильно говорить о наличии согласия, используя только документальный материал в процессе толкования. Само по себе оно не может служить окончательным доказательством, так как субъективное намерение не имеет значения в процессе толкования. В любом случае, все, что сделал суд - это с видимым колебанием заключил, что ответчик не представил достаточно убедительных доказательств в пользу своего требования скорректировать текст договора.

Имеющийся преддоговорный материал очень убедительно говорит в пользу толкования, предложенного ответчиком. Поэтому если бы не было ограничений в части его допустимости, он обязательно оказал бы решающее влияние при толковании. Лорд Коллинс указал, что применять исключения "личный словарь" и "наличие согласия по базовым условиям" в данном деле не следует, так как имеющийся материал преддоговорных переговоров не дает оснований для их применения, к тому же поиск подтверждений наличия такого согласия в переписке и устных переговорах нивелирует разницу между толкованием и корректировкой текста договора.

 

В. Корректировка текста договора решением суда (Rectification)

Суд вносит изменение в условия договора только при наличии очевидных и недвусмысленных обстоятельств, подтверждающих совершение ошибки при отражении в его тексте намерения сторон, при этом предлагаемое прочтение намерения подразумевалось сторонами до момента непосредственого подписания договора. При описании данного правила судья сослался на дело Swainland Builders Ltd v Freehold Properties Ltd [2002] 2 EGLR 71 и отметил, что бремя доказывания необходимости внести такое изменение возлагается на предлагающую его сторону. Данное бремя становится особенно тяжелым, если принятие сторонами официального документа предваряось длительными переговорами с привлечением профессиональных юристов.

Если в разбирательстве заявляется о совершении общей ошибки всеми сторонами, то следует определить не только устоявшееся общее намерение, но и его внешнее выражение. Требование подтвердить внешнее выражение достигнутого сторонами согласия скорее зависит от наличия доказательств, нежели чем является строгим юридическим требованием (Beasley v Munt [2006] EWCA Civ 370). Действия истца должны отвечать гражданско-правовому принципу большей вероятности, не более того, однако для опровержения той версии намерения сторон, которая изложена в письменном акте, понадобятся убедительные доказательства (Thomas Bates and Sons v Wyndham's Ltd. [1981] 1 WLR 505).

Далее Лорд Коллинс отмечает, что для анализа вынесенного по этому вопросу решения первой инстанции следует обратить внимание на впечатление, которое судья составил в отношении свидетелей. Оценка представителей ответчика была подчеркнуто более положительной. Данный аспект существенен, так как итоговое решение в значительной степени зависит от личного мнения судьи о представителях сторон. Невзирая на это, апелляционный суд может оценивать выводы первой инстанции по фактическим обстоятельствам, только удостоверившись в ненадлежащей работе со свидетелями в первой инстанции (Datec Electronic Holdings Ltd v United Parcels Services Ltd [2007] UKHL 23, [2007] 1 WLR 1325).

В рассматриваемом деле суд отклонил требования ответчика об изменении договора в части порядка формирования платежей, изучив переговоры и поведение сторон перед его заключением. Представленные ответчиком документы (переписка и отчеты о ходе переговоров для вышестоящих лиц) и свидетельские показания выявили, что его намерение очень значительно отличалось от внесенного в договор итогового определения для понятия платежей. По мнению суда представители ответчика совершили колоссальную ошибку, неверно оценив данное определение во всех проработаных во время переговоров проектах договора.

Судья заявил, что по данному вопросу он видит только два варианта: явно опытные бизнесмены (ответчик), действуя добросовестно, совершили колоссальную ошибку при изучении проектов договора по причине, которую они не смогли вспомнить во время разбирательства, отвечая на соответствующие вопросы, либо они являются хладнокровными любителями риска, скрывая свои намерения от собственных юристов и действуя недоброствестно в отношениях с контрагентами.

Видя только эти два варианта и учитывая обязательный принцип убедительности доказательств о необходимости изменить договор, судья заключил, что он не смог понять, почему представители ответчика, по их словам, просто неверно поняли определение для понятия платежей и на основании этого предложили изменить данное положение договора, чтобы истец получил гораздо меньшую сумму по сравнению с расчетом, предусмотренным в подписанном этими же лицами договоре. Согласиться с такими аргументами ответчика означает признать его представителей либо совершившими глупую ошибку, либо лжецами, а это противоречило бы тому впечатлению о них, которое составил для себя судья во время долгого и тщательного перекрестного допроса.

Подавая апелляцию в Высший суд правосудия, ответчик ссылался на слова и письма представителей истца во время преддоговорных переговоров, из которых, по мнению ответчика, никоим образом не следовало именно то понимание платежей, которое было зафиксировано в договоре. Очевидно, что истец пришел к заявленному им пониманию цены благодаря неудачно сформулированному тексту, составленному солиситором ответчика, и с тех пор предпочитал его придерживаться. Неправдоподобными являются заявления истца о том, что он с самого начала понимал платежи так, как было указано в договоре, хотя данный вариант перед появлением текста проекта во время переговоров и переписки не возникал.

Оценивая данные аргументы, Лорд Коллинс отметил следующее. Ответчик, по его мнению, имел очень веские основания требовать изменения договора, однако принятое судом решение очевидно было взвешенным и учитывало все обстоятельства дела. Он обратил внимание на то, что истец не смог вспомнить, почему на завершающем этапе переговоров он на полях одного из писем из преддоговорной переписки набросал расчет платежей, соответствовавший толкованию ответчика, при этом заявлял, что с самого начала переговоров понимал платежи так, как они былы описаны в договоре (что сильно отличалось от толкования ответчика и было более выгодно для истца).

Особое внимание он уделил анализу одной из преддоговорных встреч между представителями ответчика и их солиситором. Согласно протоколу встречи солиситор предложил им проверить позднее оспоренные в суде условия договора, а во время судебного допроса также уточнил, что они были проверены совместно и подтверждены ответчиками. Вопрос проверки указанных условий ответчиками после встречи был включен в протокол в связи с важностью процедуры по определению платежей.

На основании этого лорд Коллинс счел не подлежащим рассмотрению вопрос о возникновении общей ошибки сторон. Ведь если согласиться с этим, то с учетом вышеприведенных сведений суду пришлось бы принять маловероятное предположение о том, что ответчики не только знали о некорректности толкования их солиситора (составлявшего текст договора), но и притворялись введенными в заблуждение до момента заключения договора.

Для удовлетворения апелляции в части изменения договора ответчику было необходимо убедить суд отказаться от данного вывода. Ответчик ссылался на отсутствие в протоколе встречи каких-либо сведений в пользу данного вывода, а также указывал, что занятой солиситор мог ошибиться, вспоминая содержание встречи, состоявшейся за шесть лет до разбирательства. Однако эти доводы были отвергнуты судом первой инстанции, который счел солиситора ответчиков надежным свидетелм, которые уделял значительное внимание разделению между личными воспоминаниями и восстановлением событий по документам.

 

Итоговые позиции судей апелляционной инстанции

Со своей стороны посчитав данные доводы убедительными, лорд Коллинс высказался в пользу удовлетворения апелляционной жалобы. Однако, поскольку лорды Таки и Раймер пришли к иному выводу в части толкования договора, апелляция ответчика была отклонена.

Лорд Раймер (поддержанный Лордом Таки) начал изложение своей позиции выражением согласия с заключением суда первой инстанции и возражением лорду Коллинсом в части предложенного истцом толкования спорного термина. По его мнению указанный в договоре расчет платежей вполне понятный и конкретный, никаких сомнений быть не может.

Также он отметил, что обстоятельства данного дела не позволяют обратиться к материалам преддоговорных переговоров для толкования текста договора. Этого не допускает основополагающее правило (Prenn v. Simmonds [1971] 1 WLR 1381; Investors Compensation Scheme Ltd v. West Bromwich Building Society [1998] 1 WLR 896, at 913 per Lord Hoffmann). Восстанавливая историю заключения сделки, ответчик хотел не разъяснить толкование спорного термина, а убеждал суд в том, что намерение сторон в части этого термина отличалось от итогового текста договора, и в связи с этим предлагал скорректировать текст. Преддоговорые материалы, на которые полагался ответчик, можно использовать только в иске об изменении текста договора.

Что касается самого толкования договора, то с учетом цен 2001 года условия договора не выглядят такими, на которые ответчик мог бы согласиться. То есть он либо заключил плохую для себя сделку, либо заключил разумную сделку, но неправило записал ее условия. Если верно первое, то суд не может изменять условия, а если второе - ответчик может подать иск о корректировке текста договора. Данное требование было в итоге заявлено ответчиком, но суд его отклонил.